Приморский край, Пермский край, Волгоград… список, полагаю, и сейчас можно продолжить, а уж то, что он будет расширен — даже не сомневаюсь. Случилось ровно то, о чём неоднократно предупреждали власти предержащих. По крайней мере автор опубликовал целый ряд материалов. И опубликовал задолго до того, как «рвануло».
Чтобы не казалось, что это — пустые слова, приведу только часть ссылок прямо из этого журнала:
- Оправдание психопатией — 12 октября 2007 года;
- Нехороший симптом — 16 февраля 2008 года;
- Одичавшие псы — 13 апреля 2008 года;
- Лишенцы и оккупанты — 15 апреля 2008 года;
- Если власть не защищает — 23 марта 2008 года;
- Die Würde des Menschen — 19 октября 2008 года;
- Впереди — 05 и 17 — 5 декабря 2008 года;
- Отчаянье трусов — 5 августа 2009 года;
- Дезавуированный — светлейшему — 31 октября 2009 года;
- Третьего пути не будет — 12 марта 2010 года;
- Вопросы к разумным — 13 мая 2010 года.
Неужели теперь можно утверждать, что никто никого не предупреждал?
В России начались нападения на милиционеров. Пока нападения происходят почти исключительно на сотрудников дорожно-постовой службы. И это — понятно. Тактика партизанской войны, которая именно по вине власти начала заниматься в моём Отечестве, требует накопления и опыта и оружия. А сами по себе условия для воспламенения как раз милицией вполне подготовлены. Типичный милиционер дорожно-постовой службы — малограмотный и хамоватый субъект с автоматом, вполне уверенный в своей безнаказанности и неуязвимости. Достали!
Сразу же хочу отмести все подозрения или обвинения в том, что автор-де провоцирует своими рассуждениями именно политический террор. Обвинять в этом автора — всё равно что обвинять астронома в провокации солнечного затмения. Хотя, между прочим, в конец обнаглевшее руководство милиции, перепуганное действительностью, пытается ещё обмануть людей, а прежде всего самих себя, утверждая, что нападения совершаются исключительно из корыстных соображений. Им так проще жить? — может быть. Однако на этот трёп всерьёз уже мало кто реагирует. Прежде всего потому, что милиция окончательно дезавуировала себя в обществе (именно милиция в глазах людей себя дезавуировала, господин министр внутренних дел!), а во-вторых, потому что люди, даже рассудочно не зная закономерностей, по которым развиваются события, зависящие от закономерностей правовой действительности, тем не менее, обладают достаточно точным и острым ощущением нарушения их прав и сужением их свобод. Некоторое время люди терпят. Человеческий дух вообще кажется таким легко сжимаемым и бесплотным, что то там, то тут у властей появляется ощущение, что его можно как угодно ужать, уплотнить, произвольно, под собственное удобство или видение упаковать в коробочки. Но в том-то всё и дело, что, что по мере его сжатия, он начинает накапливать невероятную взрывчатую силу, сдержать которую не в состоянии ни одна армия мира. Кроме всего прочего, правители довольно часто забывают, что люди — не скот и что, будучи даже помещёнными в хлев, где довольно пищи и тепла, они всё-таки никак не удовлетворятся содержанием их в этом хлеву. Поэтому все утверждения, ищущих собственного оправдания милицинеров, о том, что нападающими двигало исключительно желанием разбоя и грабежа — ни что иное, как тщетное желание выдать желаемое за действительное. Нападавшие, в большинстве своём, всё-таки начали осуществление политического террора, к объективной необходимости которого привели прежде всего именно действия власти. И хотя нельзя, разумеется, исключать, что к этому политическому террору примажутся и откровенные уголовники, но основа, стержень событий останется всё тот же: люди сочли, что протест оказался немыслим, невозможен, бессмысленен и перешли к сопротивлению. Антикоррупционный террор начался. И начался он только потому, что его к жизни вызвала чванливая позиция власти.
Пока что стреляют в милиционеров. Пока что реагируют на служебных собак, а не на их хозяев. Но пройдёт совсем немного времени и будут убивать чиновников и взяточников-судей, убивать беспощадно и жестоко, возможно на глазах их родственников и детей. И никто из злоупотребляющих властью не сможет почувствовать себя в безопасности, хотя бы и окружив себя ордой опричников. Если кое-кому ещё не стало от этого страшно, так, поверьте мне, это от самонадеянности и откровенной глупости. Я же фоторафии в интернете людей, в отношении которых приведены в исполнение «приговоры», буквально вижу.
Но вот что во всём этом самое удивительное. Не далее, как несколько часов назад у меня состоялся разговор на эту тему с одним чиновником в одном зарубежном государстве, коррупция в котором также перехлестнула через все мыслимые пределы. Этот чиновник, вроде, между прочим, неглупый даже человек, высказал ту мысль, что у них в государстве, населённом инертными и миролюбивыми людьми, не способными, по его мнению, к серьёзной организации, никакой политический террор не возможен. Он легко обосновывал свою мысль всякими примерами из соседней деревни. А я вспоминал, как несколько лет назад двое чиновников в России мне говорили чуть ли не то же самое.
Господа хорошие! в том числе и те, кто плохо учился в университете, например, по причине злоупотребления пивом, вас начинает учить действительность. А закономерности этой самой действительности — совершенно объективны, они никак не зависят от так называемого национального характера. От национального характера, господа, зависят время, место, формы явления, но не его сущность. Разумеется, российские партизаны не будут похожи как две капли воды на RAF или Le Brigate Rosse. И вовсе не обязательно российские партизаны будут поджигать универмаг как символ общества потребления. Однако, стоит напомнить, что и RAF не были прямой копией Le Brigate Rosse или Action directe. Их объединяло только одно: эти террористы, а они именно — террористы, были вызваны к жизни политикой государственных властей, коррупцией и попыткой сузить права и свободы людей до скотского состояния.
Я никого и ничего не оправдываю. Убийства остаются убийствами. Насилие остаётся насилием. Но надо помнить, что убивать людей, насиловать людей начала государственная власть, обеспечивая себе комфорт сокращением участия народа в политической жизни, в отправлении правосудия, в контроле над собой. Это власть объявила войну народу. Народ терпел. Валсть бросила вызов народу. Вызов, как представляется, принят. И не надо строить иллюзий относительно того, что этот вызов не будет осознаваться никем, кроме жалкой горсточки отчаянных ребят.
При всех безобразиях террора вообще и политического террора — в частности, люди будут, скорее, на стороне террористов, нежели на стороне чиновников и их слетевшей с катушек вооружённой гвардии.
Я вполне верю, что существуют политики и полицейские в России. которые не желают войны против народа. Войны, в которой они ни в каком случае выиграть не смогут. Я всецело на стороне таких политиков и полицейских, потому что не могу оправдывать террор и убийства. Ни со стороны государства, ни со стороны партизан. А потому в последний раз попытаюсь очень коротко сказать, что необходимо делать для того, чтобы локальные партизанские конфликты не превратились в полномасштабную войну.
В самое ближайшее время необходимы, остро необходимы прямые и демонстративные отставки. И прежде всего — министра внутренних дел и всех его присных. Затем необходимо провести жёсткие доследственные проверки деятельности всех без исключения глав региональных министерств внутренних дел и всех главных управлений. Должен быть создан следственный комитет в качестве независимого и подчинённого исключительно парламенту органа, не связанного ни с дискредитировавшей себя прокуратурой, ни с ФСБ, ни с милицией. Людям должны быть возвращены все политические свободы, отнятые у них режимом г-на В.В. Путина: выборность глав субъектов федерации, прямые выборы в Государственную Думу и Совет Федерации, представительство при отправлении правосудия. Должна быть проведена в течение буквально нескольких месяцев радикальная реформа милиции, направленная на то, чтобы милиционеры становились бы не карателями, а именно правоохранителями, включая обязательную медицинскую подготовку сотрудников милиции для оказания первой медицинской помощи. Все главы местных органов охраны общественного порядка должны стать выборными. Любые политические репрессии с помощью любых силовых органов должны быть объявлены государственными преступлениями, прекращены и караемы серьёзными сроками лишения свободы как для тех, кто отдаёт преступные приказы, так и для тех, кто эти приказы исполняет. Даже сокрытие продчинённым такого рода преступления своего начальника должно заканчиваться уголовным преследованием и того, и другого. Депутаты Федерального Собрания не должны иметь никаких привелегий и непрекосновенностей, а те из них, кто выдвинут партиями, не должны содержаться за счёт заработных плат, выплачиваемых из государственного бюджета. Судебная реформа должна проводиться в сторону наиболее широкого представительства народа при отправлении правосудия с недопустимостью сужения такого представительства.
И всё это — буквально в считанные месяцы.
Если же всего этого сделано не будет — незачем говорить, что никто никого не предупреждал, и что этого нельзя было предвидеть.
Когда ненасильственное сопротивление поползновениям государственной власти наступать на права и свободы людей становится невозможным, сопротивление обязательно станет насильственным.
Связанные материалы
Tags: диктатура, доверие, демократия, конституция, коррупция, нравственность, ответственность, государство, власть, гражданское общество, право, права человека, преступление, милиция, мысли, либерализм, логика, регулирование, репрессия, реформа, система, сословие, свобода, судебная защита, судебная система, юриспруденция, террор
